Вверх
Главная » 2010 » Май » 15 » Поцелуй мою кровь
22:11
Поцелуй мою кровь
Подожди, мне немного осталось,
Не спеши убивать мою боль,
И картину в смертельной гамме
Нарисует сердечно кровь,

Нет дороги назад, иди,
По следам кровавым
Погибшей любви
Лишь вперёд,
Где живут мечты,
Впрочем, знаешь об этом ты…

Там, где цветы Земли
Тысячи лет цвели,
И белых ангелов хор
С небом ведёт разговор,
Встретимся мы с тобой
Поздней уставшей весной…

Не отводи глаза,
Мне слишком много надо сказать,
Впрочем, не стоит,
Этой весной
Ангелов стаю
Пришлю за тобой,

И с того света
Отправлю письмо,
Мне слишком трудно,
Но очень легко…

***

Какудзу никогда не понимал Хидана. "Странный этот язычник, понаделает в себе дырок и радуется как дитя... да ещё и блондин вдобавок... одним словом, чокнутый..." - рассуждал он сам с собой. Хидан всегда обижался, когда напарник, задумавшись, произносил это вслух. Он аристократично задирал голову, властным жестом поправлял полы плаща и отворачивался, на мгновение прикрывая глаза и будто бы невзначай напоминая, что волосы у него вовсе не белые, а пепельно-серые. Но Какудзу не особо-то в это верил, потому что несмотря на свой почтенный возраст всё ещё прекрасно различал цвета...

***

- И в кого же ты таким дураком, Хидан, уродился? - спрашивал он с сожалением, глядя, как напарник плавает в луже густой красной крови, в очередной раз захлёбываясь собственными кишками...
- А вот этого тебе лучше не знать... - отвечал Хидан, томно улыбаясь и засовывая обратно вывалившиеся внутренности. "Да уж, плотоядная у него улыбочка... плотоядная и таинственная...", - думал Какудзу, невольно любуясь своим напарником. И эта тайна манила его к себе будто магнит. Он готов был отдать все свои деньги, лишь бы разгадать загадку пошлого бескультурного Хидана.
- Бля, Какудзу, какого хрена ты на меня так смотришь? - взревел блондин, поднимаясь с грязной земли. Он так шатался, будто собирался вот-вот свалиться обратно.
- Заткнись, придурок. Ты себе косой мозги случайно не отшиб? Ты бы только видел, как тебя сейчас штормит. - предатель селения Скрытого Водопада придвинулся ближе к напарнику, готовясь в любой момент подхватить его, когда он начнёт падать.
- Эй, Какудзу, иди на хер, не подходи ко мне. И улыбку свою гнусную сотри, пока я тебя косой не покромсал. Пошёл от меня, блядь... - Хидан попятился и, подскользнувшись в луже собственной крови, свалился на землю.

Водопад бардовых брызг поднялся в воздух, забрызгав напарника с ног до головы. Он живо подлетел к Хидану и протянул ему руку, чтобы помочь подняться. Но тот будто находился в прострации. Поэтому Какудзу просто сел на корточки возле Хидана и заглянул в широко распахнутые глаза, пытаясь понять, о чём он сейчас думает и почему не хочет подниматься с окровавленной земли.

- Эй, придурок, ты так и будешь сидеть? Тебе не кажется, что пора залечить твои ритуальные раны? - спросил Какудзу немного сердито.
- Мммм... - промычал Хидан, не делая никаких попыток подняться.
- Ладно, сиди, сейчас я всё сделаю... - во все стороны из тела Какудзу полезли нити. Он направил их к распоротому брюху Хидана и начал медленно и осторожно сшивать кусочки разрознённой кожи. Слегка сдавливая кожу в области наложенных швов небольшими потоками чакры, заставлял раны быстрее затягиваться. Делал это нежно и аккуратно, наблюдая за тем, как смотрит на него в упор розовоглазый напарник. И был ошарашен его взглядами, изучающими и столь откровенными.
- Ты что, Хидан, впервые меня видишь? - улыбнулся он немного растерянно.
- Нет... - промямлил Хидан. - Просто ты очень красивый... А я раньше и не замечал...
- Чего? - Какудзу чуть не подавился нитями, медленно выползающими изо рта.
- Ну вот, точно мозги отшиб. Твою мать, и что мне теперь с тобой делать. У нас миссия, а ты сидишь, разинув рот, и городишь всякую чушь. Как только мы вернёмся с миссии, я заставлю Пейна дать мне другого напарника. И тебе очень повезёт, если в ближайшие два дня я не прикончу тебя.
- Эй-эй, братишка, полегче! Не забывай, я бессмертный! - гордо заявил Хидан.
- Эх, блин, ну раз не убью, то хотя бы покалечу. А зашивать тебя не буду, будешь кривым ходить. Ха-ха-ха!
- Бля, Какудзу, ты что, охуел? - возопил Хидан, хватая Какудзу за шею и стараясь задушить его.

Разумеется, Какудзу не хотел быть удушенным, и поэтому тоже схватил Хидана за шею. И вместе они начали выяснять, кто кого задушит раньше, и делали это с немалым азартом. Кончилось всё неожиданно: Какудзу решил покрепче обхватить глотку напарника, чтобы быстрее его прикончить, и неловко дёрнувшись вперёд, толкнул его. Грузная тушка Хидана начала падать, увлекая за собой отчаянно дёргающегося Какудзу.

Дальше последовала минута молчания. Каким-то образом получилось, что их руки стремительно изменили своё положение: во время "полёта" лапки Какудзу обхватили шею Хидана, а лапки Хидана просто безвольно шлёпнулись о землю. Так они и лежали. Какудзу немигающим взглядом поглядывал на покрасневшего напарника, а тот, в свою очередь, радовался столь удачному стечению обстоятельств, тщательно скрывая это. В общем, балласт, лежащий на нём, его нисколько не обременял и даже способствовал медленному течению непристойных мыслей. Какудзу немного нервничал, так как одной рукой Хидан дотянулся до своей косы. Предатель селения Водопада шумно сглотнул, представляя, как его расчленит в скором времени напарник.

- Ёб твою мать, Какудзу, какого хрена ты лежишь на мне? Вставай с моего девственно чистого тела, п**** старый! - Хидан решил взять инициативу на себя.
- Ты чего сказал, языческое отродье? - Какудзу мигом озверел, как и предполагал юный совратитель.
- Пошёл на х**, говорю, дрочун столетний! - больно кольнул напарника Хидан.
- Уууу... - взревел Какудзу, готовясь разнести к чёртовой матери скромного служителя Дзясина.

Но тот лишь приподнялся на локтях и поцеловал Какудзу в то место на маске, где должны были быть губы. Хидан наслаждался реакцией напарника: тот внезапно вздрогнул и широко распахнул глаза. И на этот раз они не были злыми, в них плескались ласковые зеленоватые огоньки. Красная пелена вокруг радужки исчезла, оставляя место тёплому свету...

Flashback of Hidan

И что мне оставалось делать, ведь я любил своего напарника с того самого момента, как впервые увидел... Тоненьким бледнокожим мальчиком стоял я перед этим широкоплечим мужчиной с таинственной чёрной маской на нижней части лица, изумлённо разглядывая его своими малиновыми глазами.

- Лидер-сама, это и есть мой напарник? Уж слишком он мал... - произнёс незнакомец в маске.
- Да, Какудзу... Надеюсь, вы с ним быстро сработаетесь. - Пейн хищно заулыбался.
- Ну что ж, тогда идём, малыш... - сказал Какудзу просто и потянулся ко мне, чтобы взять за руку.

И тогда, пытаясь скрыть смущение, я впервые сказал, глядя на широкоплечего Какудзу: "Пошёл на х**, старый хрен!" Но руку всё-таки подал.

- О, а пацан, я смотрю, не промах. Придётся с ним немало повозиться... - мой новоиспечённый напарник звонко засмеялся. И этот смех так противоречил его внешнему виду, что я невольно заулыбался.
- Мы идём или нет? - нетерпеливо спросил я, и не дожидаясь ответа, потащил Какудзу куда-то...

Flashback of Kakudzu

В тот день он таскал меня за собой по всему убежищу и заставлял всё показывать и объяснять. Малыш перезнакомился со всеми из Акацуки, но поддерживать с ними контакт явно не собирался. Я каждой клеточкой своего тела чувствовал, как нервничает Хидан. Ещё бы, ведь множество похотливых глаз сверлили его непрерывно.

Он оттащил меня в сторону и спросил:
- Ксо, Какудзу, а почему они так смотрят на меня? Мне немного не по себе...
- Милый, а ты что думал, в сказку попал? В нашей организации одни педики. Разумеется, кроме Конан. - расхохотался я.
- Все? И ты? - живо встрепенулся Хидан.
- А что я? - заинтересовавшись реакцией напарника, спросил я.
- Да ничего... Просто...Вот бля, куда я попал? - злобно выругался Хидан.
- Эй, малыш, не переживай так, скоро сам войдёшь во вкус. Тебе даже понравится, несомненно... - издевательским тоном проговорил я.
- В смысле? - его маленькие ручонки сжались в кулачки. Боже, совсем ребёнок, а попал в самое логово разврата. Значит, рано придётся повзрослеть.
- Не бойся, Хидан. Пока ты со мной в паре, тебе не о чем беспокоиться. - я успокаивающе погладил его белобрысую макушку.

И тогда Хидан задрал вверх голову, чтобы посмотреть мне в глаза. И тогда я впервые понял, что влюбился в него. Сияющие малиновые глаза смотрели на меня доверчиво. Да, этот ребёнок будет дарить ласку лишь мне. И я не буду принуждать его ни к чему.

Пока я думал об этом, Хидан, окончательно поверивший мне, обхватил меня под локоть своими ручонками и вцепился в меня так, будто от этого зависела вся его жизнь... Возможно, так оно и было...

Flashback of Hidan

- Лидер-сама, что Вы делаете? - спросил я, забиваясь в угол под натиском атакующего Пейна.

Я всегда замечал, как откровенно он меня разглядывает. Каждый раз, когда мы встречались с ним в коридоре, он буквально пожирал глазами мою фигуру. А его мерзкая ухмылочка просто выводила меня из себя. Я старался как можно реже сталкиваться с ним, всячески избегая зрительного и физического контакта. А если всё же приходилось идти к Лидеру, то я тащил с собой упирающегося Какудзу.

А сегодня он отправил Какудзу на какую-то одиночную миссию, заявив, что мои способности могут помешать выполнению задания. Какудзу, разумеется, предложил мне отправиться с ним в качестве наблюдателя, с чем я с удовольствием согласился, но Пейн сказал, что для меня у него есть особое поручение. При этом он так пошло улыбался, что мне стало не по себе.

Я отправился в нашу с Какудзу комнату, чтобы приятно провести время до его возвращения. Если честно, я надеялся немного вздремнуть, так как уже целый месяц не спал ночами из-за бессонницы. У меня уже закрывались глаза, но я всё же не забыл о мерах предосторожности.

Я закрыл дверь на ключ, так как прекрасно изучил нравы обитателей "сей скромной обители", не обделил своим вниманием и окна, зная о способностях двуличного создания по имени Зетцу. После этого, раздевшись, я раскинулся на кровати, погребая себя под грудой белоснежных прохладных одеял.

___________

Когда я проснулся, было уже темно. Я удивился тому, что Пейн так и не позвал меня к себе. Беспокоило меня и то, что Какудзу всё ещё не возвратился. Мне было скучно без наших вечных перебранок и немного страшно за него. Я боялся, что с ним что-нибудь может случиться, но старался отбросить эти мысли подальше.

Я встал и включил свет. Комната сразу же озарилась неярким мерцанием старинных ламп. Красиво. Я надел штаны и убрал за собой постель, открыл окна, впуская в комнату свежий воздух. Зачем-то взглянув в вечернюю мглу, увидел лишь слабые очертания близлежащих окрестностей. Какудзу пока не было видно. Без него так паршиво. Чёрт, где же носит этого придурка?

Я подошёл к зеркалу и взглянул на себя. Отражение смотрело на меня искрящимися малиновыми глазами. Ненавижу этот цвет. Цвет сумасшествия. Белоснежные волосы были уложены назад так, что ни одна прядь не выбивалась из идеальной причёски. Чёрт, этот цвет - одно из напоминаний о пережитом мной страхе. Память о нём. У меня худое стройное тело, светлокожее, с изящным рельефом тренированных мышц, гладкое и бархатистое. Мне самому приятно прикасаться к себе. Интересно, а Какудзу понравится? Чёрт, и о чём я только думаю. Такие мысли нужно гнать от себя к чёртовой матери. А ещё у меня нежные руки с длинными тонкими пальцами. Кольцо с розовым камнем на указательном пальце подчёркивает изящество левой руки и заставляет глаза переливаться светлым малиновым блеском. Неужели я настолько красив... И почему я этого никогда не замечал? Вот если бы не эти глаза... я был бы идеален...

___________

От созерцания собственной красоты меня отвлёк громкий стук в дверь. Я очень обрадовался, думая, что вернулся Какудзу, и побежал открывать. Но повернув ключ в замке и нажав на ручку, я оторопел. Передо мной стоял вовсе не Какудзу, а Лидер-сама. Он впихнул меня внутрь и зашёл следом за мной, не забыв при этом закрыть дверь. Я в растерянности отступал в глубь комнаты, он же, наоборот, надвигался.

- Лидер-сама, что Вы делаете? - спросил я, забиваясь в угол под натиском атакующего Пейна.
- Просто собираюсь получить то, что принадлежит мне по праву. - ответил он, вжимая меня в стену.
- Я не понимаю! - взорвался я.
- Я имею право взять тебя первым по праву лидерства. - засмеялся Пейн.
- Что Вы говорите? Я Вас не понимаю! - я пытался оттолкнуть его от себя, но ничего не получалось, так как я был ещё очень мал и слаб по сравнению с ним.
- Заткнись, щенок, просто заткнись. Я давно мечтал трахнуть тебя, но твой Какудзу... в общем, не порть момент, если не хочешь, чтобы твой первый раз прошёл мучительно больно... если будешь дёргаться, то я накажу тебя по-своему... - пальцем он дотронулся до риннегана в правом глазу.
- Пейн, ты что, охуел совсем? Мне всего четырнадцать! - испугавшись, я начал материться и брыкаться.
- Ничего, скоро тебя исполнится пятнадцать. Самое время для того, чтобы стать блядью. - он резко толкнул меня в грудь, заставляя заткнуться.
- Но я не хочу этого! - я пытался пнуть его ногами как можно сильнее, чтобы причинить боль.

Пейн взбесился. Я увидел, как складки его губ дрогнули, а лицо приняло бесстрастное выражение. Он подошёл ко мне вплотную и как тряпичную куклу встряхнул меня за плечи. Я впился в его шею зубами, пытаясь порвать её. Он на мгновение скрючился от боли, но потом врезал мне коленом в низ живота так, что свет в моих глазах померк. Я почувствовал, как во рту появился странный металлический привкус. Так меня ещё никто не бил, разумеется, кроме отца. Пейн наносил один удар за другим, с каждым разом всё более и более ожесточённо. Я видел, как мои глаза застилает кровавая пелена, и ощущал, как моё тело содрогается от боли. Мне казалось, что всё это происходит не со мной, что этого просто не может быть на самом деле. Я не мог понять, за что он так жесток со мной, за что он так меня ненавидит.

- Будешь знать, как кусаться, сука! - повторял он снова и снова, пиная меня ногами. Я стоял перед ним на коленях и не мог пошевелиться. Лишь улыбался разбитыми губами.
- Великий Дзясин не простит тебя за это! - выдавил я из себя через силу.
- Придурок, я не верю в твоего бога. А так как его для меня не существует, то он ничего не сможет мне сделать. - ухмыльнулся Пейн.
- А зря... - он усомнился в моём боге, никогда не прощу. Я видел его в кровавой пелене своих глаз и всей душой желал ему смерти.
- Ты сдохнешь, Пейн... - сказал я.
- Не сейчас, малыш. Я ещё успею отыметь тебя, и не раз! - он захохотал, склоняясь надо мной.

Пейн сел на корточки возле меня и левой рукой крепко сжал мои руки. Другой рукой он схватил меня за волосы и потянул немного назад, осыпая острыми резкими поцелуями моё лицо и шею. Изредка он впивался в мои губы, скорее не целуя, а больно кусая их. В нём не было никакой нежности, лишь острое желание обладать. Я чувствовал себя игрушкой в его руках, и было очень больно от осознания того, что я ничего не могу сделать, чтобы защитить себя.

Слёзы невольно заструились по щекам, быстро падая вниз, тонкими прозрачными ручейками стекая по груди в самый низ живота. Пейн, с остервенением кусающий мои соски, поднял голову, чтобы взглянуть на меня. У него удивительные глаза, но слишком холодные для того, чтобы их можно было назвать прекрасными.

- Не плачь, Хидан, в нашем мире сильный слабого имеет. Так что, пока ты не набрался силы, будешь моей игрушкой. Ты ведь не против? - промяукал он, возвращаясь к прерванному занятию.
- Ммм... - я сумел лишь промычать в ответ, так как боль во всём теле вымотала меня настолько, что я был не в силах говорить, хотя мне и было что сказать. Сотни матерных слов и выражений так и вертелись на языке, желая выплеснуться в морду этому похотливому уёбищу.

Пейн резко поднялся и начал стаскивать с себя одежду, в нетерпении швыряя её на пол. А потом, вновь наклонившись, он взглянул в мои глаза и сказал похотливо: "Пожалуйста, открой рот".

- Что ты собираешься делать? - спросил я испуганно.
- А ты прям-таки не знаешь? Не строй из себя дурачка, мой мальчик! - прошипел Пейн.
- А что будет, если я не выполню твою просьбу? - боль в теле постепенно исчезала, и её место заменяла моя природная наглость.
- Придётся вырвать тебе зубки, маленький ублюдок! - я чувствовал, что ещё мгновение и Пейн сорвётся.

Мне было противно думать о том, что сейчас произойдёт. Хотелось отложить "приятный" момент на как можно более далёкое потом. Это единственное, что я мог сделать, так как против Пейна никаких шансов у меня не было. Он слишком силён для меня. Ему наплевать на то, что он опорочит меня, на то, что я люблю Какудзу и могу принадлежать лишь ему, на то, что я после этого не смогу смотреть в глаза своему напарнику. Пейн всегда получал желаемое. А сейчас он хотел меня, и я ничего не мог с этим поделать...

Пользуясь тем, что я сейчас медленно соображаю, Пейн поцеловал меня, буквально вдавливая свой язык мне в рот, пытаясь как можно сильнее разомкнуть мои зубы. Почувствовав, как в мой живот упёрся его вставший член, я понял, зачем он это делает. Фуу... Я чуть не задохнулся от отвращения. Вот блядь... Резко сомкнув зубы, я чуть не откусил язык Пейну. Он пришёл в ярость и избил меня до полусмерти. Я чувствовал, как хрустят мои рёбра, как из носа сочится кровь, а ещё я ощущал, как резко давит что-то внутри меня, а изо рта льётся кровь. Судя по всему, он повредил какие-то внутренние органы, и у меня началось обильное кровотечение.

- Лидер-сама, я бессмертный, но не бесчувственный... - прошептал я одними губами.
- Я знаю, и поэтому так старался. Ведь иначе ты ни за что бы не раскрыл свой рот, маленькая шлюшка. - он схватил меня за плечи и усадил поудобнее, прижимая спиной к холодной стене. После этого он вошёл в мой рот своим членом.

О Великий Дзясин, как же я ненавидел его в тот момент. Так гадко я чувствовал себя лишь раз в жизни: когда то же самое делал со мной мой отец. Всё моё сознание помутилось от отвращения. Я уже не понимал, что происходит, но понимал лишь то, что это слишком противоестественно и неправильно для того, чтобы быть правдой... мне хотелось верить, что на самом деле ничего этого нет, что это всего лишь какая-то жуткая техника Пейна, придуманная для того, чтобы проверить мою выдержку и умение сражаться. Но разум кричал, что это вовсе не обман, а жестокая реальность. А мне хотелось лишь выблевать из себя его член и всё, что с ним связано...

Он продолжал толкаться в меня, а я от боли даже не мог пошевелиться. Было очень противно и неприятно, когда он головкой доставал до самого моего горла. Меня душили рвотные спазмы, а я и в самом деле ощущал себя шлюшкой, берущей в рот. Я больше не мог терпеть, рвота так и лезла наружу...
____________

Внезапно произошло что-то странное. Я услышал, как дверь сорвалась с петель и упала на пол, нарушив привычную тишину нашего убежища. Пейна во мне больше не было, и когда я взглянул наверх, то увидел, что его голова дико откинута назад. Казалось, ещё миг, и шея треснет посередине. Но ничего не происходило.

- Я так и знал, что это случится... - услышал я до боли знакомый спасительный голос.
- Какудзу, ты вернулся? - задыхаясь, спросил Пейн.

Я увидел Какудзу. Его трясло от гнева, но его зубы были крепко стиснуты. Такого Какудзу я всегда боялся: в моменты ярости он крушил всё...

- Да, и уже давно... Вот только, к несчастью, не догадался сразу же завернуть сюда. А когда догадался, пришлось вырубить твою драгоценную Конан... - голос Какудзу был полон злобы и презрения.
- Хмм... Надеюсь, ты с ней не перестарался? - с лёгким беспокойством в голосе поинтересовался Пейн.
- Нет, не волнуйся, когда она очнётся, ты пожалеешь о том, что сделал с Хиданом. Перед тем, как вырубить её, я поделился с ней своими соображениями насчёт того, где ты сейчас можешь быть.
- Ксо, Какудзу, ну ты и блядь! - заорал Пейн, лязгая зубами.
- Знаешь что, ублюдок, из-за тебя я не выполнил данного обещания, так что на твоём месте я бы закрыл пасть. Я ведь могу тебя серьёзно покалечить, и риннеган тебе не поможет, ты ведь знаешь. - мой напарник говорил медленно и спокойно, растягивая слова. Правда, он постоянно бросал обеспокоенные взгляды на меня. Внутренне я ликовал: он переживает за меня, значит, я ему не безразличен...
- Какудзу, ты не имеешь права ко мне прикасаться! - гневно заявил Лидер.
- А я и не прикасаюсь к тебе, молокосос, просто собираюсь выкинуть тебя за дверь. - с этими словами Какудзу схватил разъярённого Пейна, который так и не успел на себя что-нибудь напялить, повернул к себе задом и мощным пинком вышвырнул в коридор. Вслед за Лидером полетела и его одежда.

- Раз так, то я как-нибудь отправлю вас на такую миссию, из которой вы оба не вернётесь. - прошипел голос из коридора. Но после того, как Какудзу тихо ругнулся в ответ, послышался топот быстро удаляющихся босых ног.
_____________

- Прости меня, Хидан, я не выполнил своего обещания... - устало пробормотал Какудзу, присаживаясь возле меня на пол.

Он уже начал зашивать небольшие рваные раны на моём теле, как всегда ласково придавливая их пальцами. После он принёс таз с тёплой водой и промыл ссадины и порезы. Какудзу всегда заботился обо мне, но я почему-то считал, что для него это всего лишь долг по отношению к товарищу. Но сегодняшний случай заставил меня усомниться в этом.

- Какудзу, ты ни в чём не виноват. Я рад, что ты пришёл... - я попытался улыбнуться.
- Как ты чувствуешь себя, малыш? - грустно спросил Какудзу, водя пальцем по моей щеке.
- Со мной всё в порядке! А почему ты спрашиваешь?
- У тебя сломано шесть рёбер, а ещё началось внутреннее кровотечение...
- Ничего, Какудзу, всё это скоро пройдет. Сейчас я слишком сильно хочу спать.

Он положил меня на кровать и лёг рядом со мной, накрыв нас обоих одним одеялом. Я прижался к нему всем телом и носом уткнулся в шею. Какудзу с нежностью обнял меня, стараясь не причинить боли. С ним было так тепло и уютно, что я на миг подумал, что оказался в сказке. И уже сквозь сон я услышал свой собственный голос: "Спокойной ночи, папа... Хороших тебе снов...", и почувствовал, как кое-кто прижимает меня к своей бархатной груди...

Flashback of Kakudzu

Сегодня он назвал меня отцом, и я никак не могу выбросить это из головы. Странный мальчишка. Интересно, а как выглядит его отец, и жив ли он ещё... Почему-то малыш-Хидан не рассказывает мне о своей семье. И не удивительно, ведь я не говорю ему ничего о себе. Ксо, когда же я научусь понимать его?

- Хидан, а какой цвет ты больше всего любишь? - спросил я, прекрасно помня о том, что сегодня у моего мальчика День рождения.
- Их три! - заявил он гордо.
- И какие же?
- Чёрный, белый и красный. А что?
- Отлично, тогда идём со мной. Я хочу сделать тебе подарок!

______________

Я решил отвести его в комнату-склад, где хранились мои боевые трофеи. Там было из чего выбрать подарок мальчику. Тысячи разнообразных видов оружия лежали на полках, валялись по всем углам, пылились и сиротливо ютились в этой комнате. Времени на приведение всего этого барахла в порядок не было, и поэтому многие трофеи уже давно заросли паутиной. Но я уже представил, как будут гореть глаза моего малыша, когда он всё это увидит. Ведь он всё-таки мальчишка...

- Какудзу, куда ты меня тащишь? - запыхавшись, спросил он.
- Потерпи немного, малыш, скоро доберёмся. Ты же понимаешь, чтобы скрыть свою коллекцию от наших "достопочтенних коллег", мне пришлось хорошенько постараться. Они ведь совсем не знают цену подобным бесценным вещам. - объяснял я ему.
- Понятно... Тогда пойдём быстрей... - Хидан заинтересовался. Ему хотелось как можно быстрее увидеть то, что я ото всех скрывал.

Громкие шаги, отзывающиеся грохотом по убежищу. Очередной поворот. Стены здесь осыпаются с каждым годом всё больше и больше. Новый коридор. Последние несколько шагов. Повернуть ключ в замке. Дёрнуть ручку вниз. Открыть.

- Вот и всё, мы пришли. Заходи! - я сказал это таким заговорщеским голосом, что сам сразу же улыбнулся.

Хидан шагнул вперёд и замер как вкопанный. То, что он увидел, потрясло его детское воображение. Всюду стояло, лежало, висело начищенное до блеска холодное оружие. Мальчик не замечал ни грязи, ни паутины вокруг, его интересовал лишь блеск серой смертоносной стали. "Неужели сейчас что-то из этого станет моим навеки?" - с радостью думал мальчик. Всё, что он здесь видел, было прекрасным: топоры с причудливыми резными узорами на обухах, серпы, похожие на остриё полумесяца, мечи из блестящей стали, ножи с инкрустированными драгоценными камнями рукоятями. На одном из стендов возлежали лишь мечи и их производные: яри, наги-наты, вакизаси, танто, катаны, айкути были необыкновенно красивыми и острыми как бритва. Доставая их по очереди и обхватывая рукой, Хидан чувствовал, как пальцы срастаются со смертоносным оружием, как оно становится продолжением его руки.
____________

- Эй, Хидан, иди сюда. Здесь есть то, что определённо тебе понравится... - позвал я, радуясь восторженному отношению мальчишки к моей коллекции.

Он подошёл, и я показал рукой на полку, расположенную в самой тёмной части комнаты. Я включил свет, чтобы он смог увидеть всё, что там было. Там я хранил отнятые у поверженных врагов боевые серпы и сюрикены. Большинство из них были сделаны из серебристой светлой стали. Вставки же были выполнены в красно-бело-чёрной гамме, как и нравилось Хидану. Мой напарник смотрел на эту полку влюблёнными глазами, изредка разевая рот в попытках сказать что-то.

- Это... это просто невероятно... - выдавил он из себя. Серпы завораживали мальчишку своим гладким блеском и изогнутыми формами. А вот сюрикены его совсем не волновали. Слишком просты, как и кунаи, для преступника S-класса. Нужно что-то посущественней. Поэтому он и разглядывал серпы. Он подолгу держал каждый из них в руках, пытаясь понять, который подойдёт ему больше всего.

А потом он увидел эту вещь, вероятно, самое прекрасное творение человеческих рук. Три огромных и острых как смертоносные жала лезвия, покрытые красным нестирающимся покрытием с непрокрашенными сероватыми краями, вставлены в пазлы кровавого цвета, закреплённые серебристо-белыми пластинами из неизвестного металла. Древко цвета крови оканчивалось светлой, изогнутой наподобие змеи, рукоятью. Всюду на поверхности великолепного оружия были видны небольшие чёрные вставки. Держать в руках это произведение смертоносного искусства было величайшим наслаждением для Хидана.

Я видел, как он мысленно прокручивает в голове все возможности этого оружия. Помимо бессмертия и огромных запасов чакры Хидан пока ещё не обладал другими выдающимися способностями. Он ещё слишком неумело работал с собственной чакрой, и поэтому ему нужно было оружие, с которым можно было бы действовать достаточно эффективно и быстро. Хидан сразу же понял, что с таким совершенным оружием он мог бы не только колоть своих противников будто копьём, но и рубить их доспехи подобно топору, а также резать подобно сабле и цеплять будто крюком. "Молодец, Хидан! - мысленно похвалил я напарника. - Идеальный выбор!"
_______________

- Какудзу-сан, можно мне взять это? - робко спросил он, нежно проводя пальцами по красноватому древку.
- Да, Хидан, теперь трёхзубая принадлежит тебе! - сказал я.
- И как же мне назвать её? Ведь она не должна оставаться безымянной... - спросил он.
- Как хочешь! - я отвернулся, скрывая улыбку. Совсем ребёнок. Разве у смерти может быть имя? И чем он только думает?
- Пожалуй, я буду называть её Красной льдинкой... Как тебе, Какудзу? - Хидан улыбался, ожидая моего ответа.
- Красиво, но звучит немного по-детстки. - улыбнулся я.
- А что ты от меня хочешь? Мне всего лишь пятнадцать! - заявил он внезапно, весело сверкнув глазами.
- Я знаю... С Днём рождения, Хидан! - подхожу и притягиваю его к себе. Он прижимается ко мне и обхватывает мою шею одной рукой, а в другой держит свою Красную льдинку с острыми как бритва лезвиями.
- Спасибо, Какудзу, ты самый лучший! - мой мальчик улыбается мне своими малиновыми глазами. Кстати, он уже целую неделю не ругается матом, и я немного беспокоюсь из-за этого. Поэтому-то и решил проверить...
- Слушай, Хидан, а если теперь к тебе в тёмном коридоре приклеится Лидер-сама или ещё кто-нибудь, что ты будешь делать? - спросил я с еле заметным ехидством в голосе.
- Бля, что за вопрос, Какудзу? Отрублю ему на х** яйца! - Хидан нервно сплюнул, наклонив голову слегка набок, чтобы не попасть в меня.
- Ладно, пойдём, дурачок, пока Тоби не сожрал твой торт. - сказал я, таща за собой бестолкового напарника.
- Пусть только попробует! Я ему сразу яйца отрежу, заодно и потренируюсь обращаться с косой... - проорал мне на ухо Хидан, но шаг ускорил, всерьёз опасаясь за свой торт.

***

Хидан медленно снимал с напарника маску, не отрываясь глядя в его лицо. Внимательный взгляд замечал любые изменения в глубине сияющих зелёных глаз: сначала нежность и удивление, потом уверенность и ласка, а после желание обладать и подчиняться. Этого человека можно было читать как раскрытую книгу. Вот только книга эта казалась настолько притягательной и откровенной, что Хидан невольно краснел, переворачивая до боли знакомые страницы.

Хидан ни разу не видел лица Какудзу без маски. Смутно он догадывался, почему напарник его скрывает, но всё же не был полностью уверен в своих догадках. Вероятно, его лицо, так же как и тело, испещрено бороздой самодельных швов. Какудзу не любил, когда Хидан смотрел на его изуродованное тело. Похоже, он стеснялся своего молодого напарника. Глупый Какудзу даже представить себе не мог, как этому с виду наглому парню нравится смотреть на его порозовевшие шрамы, тонкими паутинками опутавшие всё его крепкое уверенное тело.

Хотелось прикоснуться губами к этим шрамам, провести по ним языком, мягко вылизывая всю скопившуюся боль и напряжение, но Хидан не торопился, зная, как Какудзу не любит, когда до него дотрагиваются. Дрожащими пальцами он пытался снять с напарника маску, но тот то и дело перехватывал его руки, не позволяя сделать задуманное. Это совсем не нравилось блондину, но он знал, что на всё у его напарника имеются веские причины, и поэтому просто ждал, не требуя большего...

- Мальчик, не стоит раздевать мою душу... - прошептал Какудзу отстранённым голосом, но в это время щёки Хидана будто опалило пламенем. Слуга Дзясина всем телом ощущал, как дрожит напарник, склонившись над ним на расстоянии одного дыхания. Желание волной подступило к горлу, в любой момент готовясь вырваться наружу сумасшедшим сладостным вскриком.
- Пожалуйста, Какудзу... - в глазах мальчишки немая просьба, и ласка нежным розовым огнём плещется у берегов спокойного малинового моря. Красивые честные глаза, наполненные радостью и свободой. В таких нельзя обмануться.
- Хорошо, но если только ты пообещаешь, что ни о чём потом не пожалеешь... - мягкий голос, лишённый фальши, затопляет сознание трепещущими волными стыдливого удовольствия.
- Я обещаю, но... - слишком сложно говорить подобные слова человеку, которого ты безумно любишь; гораздо лучше промолчать.
- Ты... - неясный обеспокоенный шёпот ласкает сквозь тонкую ткань дыханием чужие губы.
- Я не могу сказать, что этот раз станет лучшим в моей жизни... - прошептал Хидан, отчаянно краснея.
- Хмм... А я так хотел, чтобы ты сохранил в памяти такое прекрасное сегодня... - уже с издёвкой в голосе проговорил Какудзу, и его голос почему-то не был удивлённым, что крайне взбесило Хидана.
- Так я и не забуду... Просто воспоминания порой давят. Ты же знаешь, как это бывает, Какудзу. Чёрт, не знаю даже как сказать! - Хидана бесило то, что ему сейчас приходится объясняться перед Какудзу. Он уже не наслаждался моментом, а просто-напросто злился.
- А ты попробуй! - ехидно попросил его напарник, иронически поднимая правую бровь.
- В общем, ты уже не первый! - буркнул Хидан, пытаясь выбраться из-под неприятного ему в данный момент Какудзу.
- А жаль... И кто же сделал это? - главная швея Акацуки, будто бы не замечая желания Хидана освободиться, пресекал все его заранее обречённые на провал попытки выползти наружу.

Слова Хидана расстроили его. Какудзу не мог понять, кто и когда успел изнасиловать малыша, ведь он постоянно был рядом и следил за его целостью и сохранностью. Да и сам Хидан уже давно мог постоять за себя, и к тому же весьма решительно. Это могли подтвердить Дейдара и Зецу, которых пришлось долго и тщательно зашивать после их совместного визита к "смывающему с себя кровь и пыль пути после очередной утомительной миссии" Хидану. Многочисленные ножевые ранения и кровоподтёки тогда порадовали Какудзу как знак того, что напарник больше не тот слабак, которым был одиннадцать лет назад. Всё-таки парню уже двадцать пять лет, и пришло то самое время, когда следует самозабвенно защищать себя от чужих поползновений.

Flashback of Kakudzu

Я сидел за письменным столом в нашей с Хиданом комнате и просматривал списки тех, за чьи головы на чёрном рынке дают большие деньги, делая пометки карандашом под заинтересовавшими меня кандидатурами. Я так увлёкся этим занятием, что не замечал ничего вокруг. Кстати, я имел на это полное право, так как только что мы с Хиданом вернулись с длительной опасной миссии. Хидан сразу же потопал в общую ванную, чтобы, как он выразился, "очиститься от скверны". Я же решил заняться делом, терпеливо ожидая своей очереди.

Купался Хидан обычно долго. Совсем как ребёнок. Я знал, что он берёт с собой какие-то резиновые игрушки. Он думает, что если засунет их себе под кровать, то я их не увижу. А я бы и не увидел. Просто однажды мешок с кунаями, который я собирался завязать, упал на пол, и кунаи рассыпались по всей комнате. И мне, разумеется, пришлось их искать. Парочку из них я нашёл под кроватью Хидана, и когда собирался вылазить, наткнулся рукой на что-то мягкое. Вытащив, увидел какого-то резинового зайчонка с рыжей морковкой в лапах. Поковырявшись ещё, извлёк из этого пристанища пыли и грязи много чего интересного. Смеялся долго, но остальным Акацукам ничего говорить не стал, чтобы лишний раз не травмировать парня.

Правда, когда мы оставались с ним наедине, я частенько подкалывал его. Хидан злился и топал ногами, а я лишь смеялся. Если бы он только знал, как я рад тому, что он всё такой же ребёнок как и раньше. Оставаться ребёнком несмотря ни на что - это редкостный дар. Я всегда ценил в людях это. Правда, за всю свою долгую жизнь я встречал лишь трёх подобных людей: Узумаки Наруто, носителя Кьюби, Дейдару Тсукури, любителя взрывного искусства, и, собственно говоря, самого Хидана, скромного служителя Великого Дзясина с нескромными замашками. Но все эти дети такие разные. Один живёт ради своих друзей и светит будто солнце, никогда не сдаваясь. Второй улыбается немного нервной азартной улыбкой и лепит глиняных птичек, взрывая всё вокруг. Третий любит играть в одному ему понятные игры и совершает безрассудные поступки, не жалея ни о чём.

Да, я знал, что Хидан считается преступником класса S, но ничего не мог с собой поделать. Для меня он был, есть и будет символом чистоты и детской невинности. Он особенный. Настоящий дар для меня. Я сам вырастил его и поэтому прекрасно знаю, какой он внутри. Правда, есть какая-то тайна, касающаяся его детства, которая воздвигает стену между нами. И я никак не могу её преодолеть. Это причиняет боль... Тяжело видеть, как человека, которого ты любишь, терзают тени из прошлого... Ты ничем не можешь помочь и страдаешь от осознания собственной беспомощности...

Хидан стал единственным человеком, с которым я сумел наладить связь. Всех своих предыдущих напарников я просто-напросто убивал. Все они любили деньги и власть, упивались своей силой и совсем не умели мечтать. Но Хидан был другим. Его совсем не волновало то, чего так жаждали они. Он не был падок на лесть и не нуждался во власти, его невозможно было соблазнить деньгами. Всего себя Хидан отдавал своему кровавому богу, но продолжал мечтать, надеяться, верить...И я не в силах даже руку поднять на него... он словно ангел в грешном мире Акацуки...

Так вот, сидел я и размышлял об этом, изредка поглядывая в списки и черкая в них пометки карандашом. Время бежало вместе со стрелками старинных часов на стене, медленно, но неуловимо вытекая сквозь пальцы. Я нервничал, так как мытьё Хидана затянулось уже на добрых два часа. "Значит, с ним что-то случилось... - растерянно подумал я. - Это может закончиться весьма плачевно..." Я уже собирался идти за ним, как раздался стук в дверь.

Просмотров: 976 | Добавил: Синяя_птица | Теги: Какудзу/Хидан | Рейтинг: 5.0/7
Всего комментариев: 4
 18.05.2010 - 23:42, написал Рини
Супер!
Тема интересная! Пожалуйста, выложи следующую часть!

 17.05.2010 - 22:07, написал Laputa
охх... так, мне очень понравилось.
я не сторонник пейрингов а-ля Кисаме/Итачи, Какудзу/Хидан, но это мне действительно понравилось.

 17.05.2010 - 14:18, написал АлексияАкацуки
Ну мы не узнаем понравиться ли нам продолжение или нет пока не прочтем его. А фанф будет длинным???

 17.05.2010 - 05:18, написал Райша
Захватывающе=) Продолжение будет?)
P.S а стихотворение сама писала?

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]