Вверх
Главная » 2009 » Ноябрь » 15 » На этом свете.
21:04
На этом свете.
Куросаки Ичиго был человек полусвободной профессии. Это всегда его радовало. Но сейчас настал пик его богемной жизни. Картинки его неплохо продавались, жену свою он превратил в любовницу. Сыночка отослал к дедушке. Да и годы Куросаки не враждовали с его ощущениями жизни: простучало ему всего тридцать лет.
Но однажды, выглянув в окно своей квартиры на небоскребное Токио, он решил демонстративно для самого себя выпить в одиночестве. Полез в дорогущий холодильник, тупо выставил оттуда колбасу, налил себе полстакана исключительно шотландского виски и замер на стуле в предвкушении. Но вдруг ужаснулся. Испугался он собственной тени, на которую случайно взглянул.
Тень была до боли не похожая на его собственную привычную тень. Обалдев, Куросаки захохотал, не веря своим глазам.
Тень оказалась непохожей в том смысле, что она вообще ни на что не походила. Так, какое-то несвоевременное чудище без всякой надежды. Что было понятно, так это длинные, как сабли, уши.
Ичиго же был человек современный. Выругавшись для приличия, он стал бродить взад и вперёд, образуя тень, в которую и впивался своим каким-то непонятным взглядом. Он невзначай подумал, что сошёл с ума. Но не поверил. Голова на месте, мозг тоже. К тому же Куросаки ещё при жизни познакомился с психиатрией – недаром жена работала в сумасшедшем доме.
Отбросив эту суетную мысль о безумии, Куросаки сосредоточился на чудище.
- Значит, это - я, - пробормотал он, указав пальцем на тень.
И тогда завыл. Тихонько так, потаённо, чтобы мир не слышал его.
«Куда бы исчезнуть», - подумал он.
Потом осенило. Подбежал к зеркальному шкафу, глянул: увы, всё на месте, там, в зеркале, он свой, обычный и в чём-то непревзойдённый Куросаки Ичиго, человек. А тень ложилась всё та же, нечеловеческая.
Самое время было выпить, но Ичиго так расстроился, что, забыв обо всёи, выбежал на улицу.
Город встретил его шумом, трескотнёй, потоком машин.
Проблуждав некоторое время среди лихо-озабоченных людей, он ринулся, звякнув по мобильнику, к своему формально лучшему другу Абараю Ренджи, портретисту. Он жил рядом.
Абарай встретил его призрачной улыбкой. Квартира эта была его мастерская. Куросаки сел на стул пред портретом какого-то немыслимого человечка и заплакал.
Ренджи настолько не ожидал такого, что уронил кисть и полез за саке, ни о чём не спрашивая. Куросаки почти рыдал, и только тогда Ренджи осторожно спросил:
- Ичиго, что случилось, в конце концов? Кто-нибудь помер?
Куросаки стало стыдно, и он уцепился за мысль о смерти. Не говорить же о том, сто случилось с его тенью. Он, еле соображая, пробормотал:
- Да, Ренджи… Помер тут один… Ты его не знаешь.
Абарай удивился:
- Да я, Ичиго, всех знаю. И твоих друзей в том числе. Не темни, пожалуйста.
- Да ты его не знаешь… Куран Канаме, друг детства.
- Да как же не знаю, - возмутился Абарай, - Курана Канаме каждая собака знает.
Куросаки ошалел, взглянул на портрет немыслимого человека и ещё больше ошалел.
«Взгляды мои какие-то нечистые стали», - надрывно подумал Ичиго.
Абарай тем не менее набирал номер Канаме, сам не зная, почему. Очень его расстроили рыдания Куросаки, что-то он в них почувствовал нехорошее, почти загробное.
Ичиго же совсем растерялся и тупо смотрел на портрет немыслимого человека.
- Куран, это ты? – услышал Куросаки слова Ренджи.
Ответ, видимо, состоял из матерных слов, поскольку Абарай запыхтел и отключил мобилу.
- Он жив, - улыбнулся Абарай.
- Это не тот Канаме. Мой – умер, - тихонечко ответил Куросаки.
- Ох, Ичиго, Ичиго, - вздохнул Абарай, - не морочь мне голову. Сейчас даже о друзьях не рыдают, как ты рыдал… Ладно… Не хочешь говорить – не надо… Давай помолчим или выпьем.
- Прости меня, Ренджи, - робко сказал Куросаки и подсел к саке. – Я теперь стал жилец с того света.
Абарай задумался и разлил саке. Но Ичиго уже искал глазами свою тень.
Тень никак не давалась ему в руки. Куросаки даже пошарил вокруг, как будто его тень стала существом. И чтобы найти её, не возникающую, он вышел на кухню. И завизжал, увидев её. Тень выросла, особенно разметались уши, словно они превратились в неведомые крылья. К тому же он почувствовал, что тень растёт на его глазах, громаднеет, ползёт под потолок. Вид сверхъестественный. Потом вышел Абарай со стаканом водки в руке. И выронил его, разинув рот.
Сначала Абарай хотел убежать, но вместо этого замер. Ичиго, вдвойне перепугавшись, ни с того ни с сего бухнулся перед ним на колени и умолял не уходить, а что-нибудь посоветовать. Ренджи осторожно снял его с колен и чуть не заплакал.
- Вот в чём дело. Я, Ичиго, тебя жалею. Ты только не пугай меня. Ты кто на самом деле?
Куросаки заорал:
- Саке!.. Саке!..
Одни эти слова подействовали на Абарая успокаивающе. Он вытащил Куросаки из кухни, как всё равно больного, и они разом оба, похожие на покойников, выпили залпом всё, что было.
Куросаки, очумлённый, сел в кресло и хриплым голосом рассказал своему Ренджику, который как-то сразу стал его закадычным другом, всё.
Под конец Абарай встал в позу Аристотеля и изрёк:
- Ичиго, ты только с этим к учёным не ходи. Замордуют. И к экстрасенсам тоже – ни-ни. И вообще помалкивай. Учёные примут тебя за психопата, духовные за беса.
- Что же делать?
- Да живи, как живётся, Ичиго… Как можешь… Только научись свою тень скрывать… Знаешь, я растерялся, а иной ещё прибьёт тебя…
- Как скрывать?!
- Научись…
- Да я больше боюсь, что она меня съест… Вберёт в себя… Проглотит… Ясам тенью стану… А она живым существом!.. – истерично выговорил Куросаки.
- Ладно… Ты мне дурдом не устраивай…
Но Абарай всё-таки осторожно покосился – тени не было.
Расстались друзья почему-то холодно.
Для Куросаки началась новая жизнь. Тень свою от людей он прятал. Если появлялась, отскакивал, шарахался, убегал в угол какой-нибудь, где тень не падала. Картинки его, между прочим, стали продаваться ещё лучше. Куросаки показалось, что в этом ему подмигнула тень. Такая ситуация напугала его и деньги за картины он пытался быстрее потратить или отдать друзьям – от беды подальше. Тень уже не росла, а становилась как-то субстанциональней и живей. Даже чуть-чуть самостоятельней.
Куросаки, наконец, не выдержал и обратился за помощью к специалисту по сверхъестественному. Эксперт был полутайный, как бы подлинный, и адрес вручил ему переменивший свою точку зрения Абарай.
Эксперт, высокий старик, похожий на спятившего зрелого Дон Кихота, встретил его ласково и с чаем.
- Денег за духовные услуги я не беру. Богом это запрещено, - ободрительно сказал он.
Куросаки всё рассказал. Эксперт помолчал минут десять. Потом сухо заявил:
- Случай не вашего ума дела, Куросаки. Причины и суть не могу вам поведать, потому что всё равно не вместите, а если вместите, то умрёте. Одно только могу посоветовать: живите, как ни в чём не бывало. Плюньте на вашу тень. Непосредственной угрозы для вашей земной жизни она не представляет.
У Куросаки потяжелели ноги.
- А для неземной?
Эксперт развёл руками.
- Здесь очень много вариантов и возможностей. Не забивайте себе голову неземной жизнью. Не вы там хозяин.
…Куросаки и не стал забивать.
«Я существо не вечное, - размышлял он, - что мне о вечности заботиться. Но всё-таки боязно». Страх, хоть и мелкий, был, но под рукой на этот случай всегда было саке.
И, наконец, счастье улыбнулось ему. Не все коту побои. Встретил девушку. И где-то её полюбил. Жену пришлось бросить.
Иноуэ была существо нежное, впечатлительное и трусливое. Единственное, чего она не понимала, - это то, почему и за что она попала на этот свет. Куросаки так в неё влюбился, что в пылу любовной горячки почти забыл о своей тени. А зря.
На третий день уже постельного их бытия, Иноуэ, проснувшись, увидела тень приподнявшегося над нею Ичиго. Тень была до безобразия сверхъестественной и зримой. Орихиме, которая улицу-то переходить всегда побаивалась, потеряла сознание. Обморок был глубок, но жизнь не задел.
Очнувшись, Иноуэ собралась с духом и попросила Куросаки покинуть эту квартиру раз и навсегда.
«Я не за него, а за эту тень выйду замуж, если с ним буду жить», - пробормотала она про себя.
И потом подошла к зеркалу, любуясь своим существованием.
Ичиго сколько ей не звонил, получал один ответ:
«Я девушка нежная, трусливая и за сумасшедшую тень замуж не выйду».
Это окончательно сломило Куросаки. Он запил, да так, что непрерывно пил всю оставшуюся жизнь и после смерти тоже.

Конец.

Категория: Разные | Просмотров: 585 | Добавил: Yuki_Cross | Рейтинг: 3.0/2
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]